Устойчивый рост экономики США и повышение прогнозов корпоративной прибыли помогли индексу S&P 500 прибавить 2,30% в III квартале 2026 года. Однако инфляция оставалась выше цели Федеральной резервной системы, ФРС впервые с 2023 года повысила ставку, а доходность 10-летних казначейских облигаций достигла максимума с 2002 года. Акции росли за счет увеличения прибыли, а не расширения оценочных мультипликаторов. При этом компании, связанные с искусственным интеллектом, усилили влияние на фондовые индексы, капитальные вложения и рынок корпоративных облигаций, повышая зависимость рынка от ограниченного круга эмитентов и единой инвестиционной темы.
Рост экономики и инфляция подтолкнули ФРС к повышению ставки
По предварительной оценке Бюро экономического анализа США, реальный ВВП в III квартале 2026 года вырос на 3,4% в годовом выражении после 2,2% во II квартале. Безработица в сентябре повысилась до 4,2% с 4,1% в августе. Число вакансий превышало число безработных пятый месяц подряд, а увольнения затрагивали около 1,0% рабочей силы. Средняя почасовая оплата в сентябре выросла примерно на 3,1% год к году — немного медленнее инфляции.
Ценовое давление оставалось устойчивым. Индекс потребительских цен в августе увеличился на 3,4% в годовом выражении, а бензин подорожал на 27,4%. Предпочитаемый ФРС показатель базовой инфляции — индекс расходов на личное потребление без учета продовольствия и энергоносителей — вырос на 3,0% за год. 16 сентября ФРС единогласно повысила ключевую ставку на 25 базисных пунктов, до диапазона 3,75–4,00%. Это было первое повышение с июля 2023 года. В начале года инвесторы ожидали двух снижений ставки в 2026 году. Уже после завершения квартала годовая инфляция по ИПЦ за сентябрь составила 3,7%, а на октябрьском заседании ФРС оставила ставку без изменений.
Нефть выше $100, облигации показали худший квартал за четыре года
Новый виток конфликта с участием Ирана нарушил судоходство через Ормузский пролив. В сентябре нефть Brent поднималась выше $100 за баррель и завершила квартал на отметке $103,53. Сырьевые товары стали лучшим классом активов: индекс S&P GSCI Commodity Index вырос на 17,9%.
Рост экономики, устойчивая инфляция, более жесткая позиция ФРС, опасения по поводу государственного долга и заимствования компаний для финансирования ИИ-инфраструктуры способствовали повышению доходностей казначейских облигаций. Доходность 10-летних бумаг достигла максимума с 2002 года. Поскольку цены облигаций движутся в направлении, противоположном доходности, широкий рынок американских облигаций инвестиционного уровня в III квартале снизился на 3,51% — это худший результат за четыре года.
Срок погашения имел большое значение. Долгосрочные казначейские облигации подешевели на 7,65%, тогда как краткосрочные потеряли менее 1%. Муниципальные облигации пережили худший квартал за 45 лет. При этом более высокая начальная доходность давала инвесторам некоторый запас прочности. Vanguard оценивала, что при доходностях на конец сентября казначейские облигации со сроком погашения до 10 лет не показали бы убытка за следующий год, даже если доходности вырастут еще на 50 базисных пунктов. Эта оценка основана на конкретных допущениях и не является гарантией; она отличается от условий, сложившихся в 2022 году.
Прибыль компаний растет, а подъем S&P 500 становится менее широким
В III квартале S&P 500 прибавил 2,30%, а с начала года вырос на 12,75%. Аналитики ожидали, что прибыль компаний индекса за квартал увеличится примерно на 29% год к году. В отличие от частых понижений прогнозов в предыдущие годы, в течение квартала оценки прибыли пересматривались вверх. С 30 июня прогнозируемая прибыль выросла на 8,9%, тогда как индекс прибавил 2,7%. Форвардный коэффициент цена/прибыль снизился с 20,4 до 19,2. Иными словами, прибыль росла быстрее котировок, поэтому оценочный мультипликатор сокращался на фоне подъема рынка.
Рост затронул лишь часть рынка. В плюсе квартал завершили четыре из 11 секторов S&P 500: энергетика выросла на 16,5%, технологии — на 7,1%. Коммунальный сектор потерял 13,0%, промышленный — 9,9%. Акции компаний малой капитализации снизились на 7,23%. Такие компании чаще полагаются на краткосрочный долг и займы с плавающей ставкой, поэтому повышение стоимости финансирования быстрее отражается на их расходах. Ограниченное число участников роста подчеркивает зависимость рынка от небольшой группы секторов и эмитентов.
ИИ объединяет биржевые оценки, инвестиции и корпоративные заимствования
В III квартале заметно выросла роль компаний, связанных с ИИ, — как в динамике акций и прогнозах прибыли, так и в капитальных затратах и выпуске корпоративных облигаций. Технологические компании составляли около 40% S&P 500. Примерно такую же долю занимали десять крупнейших компаний индекса — значительно больше их долгосрочной средней доли.
Концентрация не ограничивается США. Все десять крупнейших акций индекса развивающихся рынков MSCI были связаны с ИИ и вместе составляли 36% индекса. На технологические компании приходилось более трети этого рынка. Поэтому инвестиции в развивающиеся рынки не обязательно снижают зависимость портфеля от ИИ и технологического сектора США.
Высокая концентрация заметна и в прогнозах прибыли и расходов. Аналитики ожидали, что выручка технологического сектора в III квартале вырастет на 40%, а у производителей полупроводников — примерно на 80%. Amazon, Alphabet, Meta и Microsoft, по оценкам, направят на капитальные вложения в 2026 году в общей сложности $721 млрд — почти вдвое больше прогнозных $376 млрд за 2025 год. Строительство дата-центров ускоряется, однако общий объем частных строительных расходов в США в сентябре все еще оставался ниже уровня конца 2023 года. Производительность труда во II квартале выросла лишь на 1,4%; заметного прироста производительности всей экономики за счет ИИ пока не наблюдалось.
Крупные технологические компании все чаще привлекают средства на строительство дата-центров через рынок облигаций. По оценке Goldman Sachs, за первые три квартала года поставщики облачных услуг сверхкрупного масштаба разместили облигации на $229 млрд; к 2027 году объем выпусков может достичь $420 млрд. В начале года на долг, связанный с ИИ, приходилось около 15% рынка корпоративных облигаций. Такие заимствования усиливают конкуренцию компаний с Минфином США за средства инвесторов и могут дополнительно подталкивать процентные ставки вверх.
У концентрации рынка есть фундаментальная основа: ведущие инвесторы в ИИ демонстрируют сильную прибыль, а оценочные мультипликаторы в этом году снижались даже на фоне резкого роста доходов — в отличие от ряда признаков, обычно связываемых с пузырем. Но если одни и те же компании определяют доходность акций, рост прибыли, инвестиции и объем заимствований, изменения в одной области могут повлиять и на другие. В сентябре циклический коэффициент цена/прибыль Шиллера, сопоставляющий цены акций с прибылью, скорректированной на инфляцию за 10 лет, впервые с 1999–2000 годов превысил 40. Для участников рынка присутствие ИИ в портфеле может быть шире, чем вложения в технологические акции: оно также проявляется в индексах развивающихся рынков и корпоративных облигациях.
В ноябре технологии и энергетика оказались под давлением
После завершения квартала торги стали волатильнее. По состоянию на 10 ноября 2026 года с 29 октября по 9 ноября S&P 500 снизился примерно на 2,2%. 4 ноября индекс вырос на 1,6%, на следующий день упал на 4,4%, а 9 ноября отыграл 2,3%. Индекс ожидаемой волатильности VIX поднялся с 16,6 пункта 4 ноября до 28,2 днем позже, после чего отступил примерно к 20.
За первые десять торговых дней ноября основные американские индексы в целом почти не изменились. Dow Jones Industrial Average вырос на 0,9%, тогда как S&P 500 снизился на 0,8%, а Nasdaq Composite — на 1,5%; на него повлияло однодневное падение на 4,4% 5 ноября. Расстановка сил между секторами резко изменилась: связь прибавила 7,9%, потребительские товары не первой необходимости — 4,9%, недвижимость — 3,3%, финансовый сектор — 3,2%. Технологии потеряли 5,9%, энергетика — 11,2%. Разворот в двух секторах, лидировавших в III квартале, вновь привлек внимание к концентрации вокруг ИИ, процентным ставкам и ценам на нефть.