Последнее повышение ставки Федеральной резервной системой США изменило не только стоимость краткосрочного фондирования банков. Оно также скорректировало ожидания компаний, потребителей и финансовых рынков. Более высокие ставки влияют на стоимость кредитов, но одновременно меняют решения в отношении инфляции, сбережений и будущей экономической активности — а эти решения в итоге отражаются на самой экономике.
ФРС пытается изменить поведение экономики
Экономическая активность во многом зависит от стимулов и решений домохозяйств и компаний. Для ФРС изменение процентных ставок — не просто техническая корректировка. Через стоимость финансирования, доходность сбережений и ожидания относительно дальнейшего курса экономики центробанк стремится повлиять на потребление, инвестиции и другие решения участников рынка.
После финансового кризиса 2008 года и во время пандемии Covid-19 ФРС резко снижала ставки, чтобы удешевить заимствования и поддержать потребление и инвестиции. Эффект проявлялся не сразу, однако со временем низкие ставки помогли восстановлению экономической активности.
Текущая ситуация сложнее. Безработица остается низкой, а инфляция — повышенной. Война в Иране привела к росту цен на энергоносители, и более высокие затраты распространились на транспорт, производство, повседневные товары и услуги. Одновременно накопленный США и большинством других развитых экономик государственный долг усиливает давление на рыночные процентные ставки.
ФРС может напрямую контролировать ставку, которую платит банкам по средствам, размещенным в центробанке, но не способна напрямую управлять рыночными ожиданиями. В 2020 году регулятор прямо заявил о готовности мириться с более высокой инфляцией. В тот момент такая позиция могла быть оправданной, однако после того, как компании и потребители начинают ожидать дальнейшего роста цен, они могут переносить покупки на более ранний срок, заранее менять цены и пересматривать планы расходов. Если часть компаний повышает цены первой, остальные могут последовать за ней, что осложняет снижение инфляционных ожиданий.
Высокие ставки увеличивают доходы банков и стоимость фондирования
Рост процентных ставок обычно повышает доходы банков от кредитования. Однако одновременно он может снизить спрос на займы и усилить конкуренцию за депозиты.
Опрос Credit One Bank, в котором приняли участие 1 000 человек, показал, что половина респондентов уже перевела свои деньги. Среди тех, кто изменил размещение средств, большинство назвали важным фактором возможность получать доходность 4% по депозитным сертификатам и другим сберегательным продуктам.
Поэтому влияние высоких ставок на банки нельзя оценивать однозначно. Кредитные портфели могут приносить больше дохода, но для удержания вкладчиков банкам также приходится платить больше. Если вкладчики считают доходность в 4% значимым ориентиром, кредитным организациям, возможно, придется повышать ставки по депозитам, что ограничит улучшение маржи. Для клиентов банков даже небольшая разница в доходности может ускорять переток денежных средств между банками и сберегательными продуктами.
Рынок облигаций пересматривает мировой траекторный курс ставок
США — не единственная экономика, столкнувшаяся с более высокими ставками. Центральные банки большинства развитых стран реагируют на инфляционное давление и рост цен на энергоносители, а инвесторы сейчас ожидают серии дополнительных повышений ставок.
Аналитик JPMorgan Брюс Касман отметил, что с начала года ожидания относительно курса денежно-кредитной политики в развитых странах существенно изменились. Рынки предполагают, что соответствующие центробанки суммарно повысят ставки на один процентный пункт к середине следующего года.
Одна из особенностей текущего цикла заключается в том, что центральные банки, по-видимому, все чаще реагируют на движение рынков, а не самостоятельно задают ему направление. До последнего повышения ставки ФРС доходность 10-летних казначейских облигаций США уже приближалась к 5%. Затем она поднялась выше этого уровня.
Более высокая доходность долгосрочных облигаций обычно увеличивает стоимость финансирования и оказывает давление на экономическую активность. В нормальных условиях она также может способствовать замедлению инфляции — именно такого механизма передачи денежно-кредитной политики добивается ФРС.
Однако когда доходности облигаций растут заранее, решение центрального банка может выглядеть как попытка догнать рынок. Инвесторы уже пересмотрели стоимость активов с учетом инфляции, цен на энергоносители, государственного долга и глобальных перспектив процентных ставок. В таком случае повышение ключевой ставки ФРС частично подтверждает произошедшую переоценку, а не становится ее исходной причиной.
Инфляционные ожидания остаются сложными для управления
Инфляция не является исключительно математическим результатом изменения денежной массы и процентных ставок. Она также зависит от того, как люди оценивают будущие цены. Потребители, ожидающие подорожания товаров завтра, могут совершать покупки уже сегодня. Компании, рассчитывающие на дальнейший рост затрат, способны заранее повышать цены или закупать сырье.
Когда такие ожидания закрепляются в ценовых решениях и структуре потребления, центробанку может потребоваться больше времени для их разворота. Поэтому коммуникация ФРС почти так же важна, как и само решение по ставке.
Опыт денежно-кредитной политики во время пребывания Джерома Пауэлла на посту председателя ФРС показал, что центробанк зачастую эффективнее передает свои решения экономике, когда заранее формирует ожидания, а не реагирует уже после их изменения. Кевин Уорш, в свою очередь, выступал за то, чтобы участники рынка сохраняли больше самостоятельности при принятии экономических решений. Но когда инфляционные ожидания и прогнозы ставок часто меняются, способность ФРС влиять на поведение по-прежнему зависит от того, доверяют ли ее сигналам компании, потребители, банки и инвесторы.